БИБЛИОТЕКА
ПРОИЗВЕДЕНИЯ
ССЫЛКИ
КАРТА САЙТА
О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава третья. Город "Полуденной России"

Контрасты

Представим себе Астрахань восьмидесятых годов XIX века - город, где фантастически сплетались Европа, Восток и Азия, черты вековой старины и новейшего времени.

Тогдашняя Астрахань - торговый город, один из самых значительных в Европе по рыбной торговле, центр Волго-Каспийского рыболовного бассейна и степей Прикаспия, крупный порт, через который отправлялись по всей России миллионы пудов бакинской нефти, баскунчакской соли.

Астрахань не была похожа ни на один из городов Поволжья. Ее сравнивали с Ливерпулем и Амстердамом - по обилию судов, с Венецией - по внутригородским рекам-каналам.

Удивительные контрасты поражали здесь путешественников.

Облик города определялся сосредоточием путей - по Волге, на Каспий и его берега, в прикаспийские степи - и редчайшим сочетанием разнообразных отраслей хозяйства. В Астрахань, как в конечный пункт, плыли товары со всей Волги. Дельта Волши с ее рыбными промыслами начиналась невдалеке от города. Всего в ста верстах было море с путями на Кавказ, в Закаспий, Иран.

По виду с Волги город был многоцветным, красивым. Он раскинулся на песчано-зеленом острове, окруженном Волгой и ее протоками. Полноводная Волга, шириной в три с лишним версты, с пловучими дворцами-пароходами, нефтяными и соляными караванами, с баржами, заполненными сушеной рыбой, с лесными плотами, шумными пристанями, - давала жизнь и городу и всему краю.

Но вот совсем рядом - и по правому, и по левому берегам реки - на сотни километров тянулись полупустынные песчаные степи. И над Астраханью, стоявшей средь изобилия вод, часто-часто бесшабашно бились резкие, сухие, горячие ветры, стлались тучи пыли; едкая, густая пыль нависала дымными полосами, проникала всюду. То наступали сыпучие пески степей, вздыбленные суховеями...

Бывало и так, что над городом, тяжело звеня, грозно проносились массы саранчи. И тогда поднималось окрестное население: люди хватали тазы, ведра, все, что могло греметь, и неистово стучали, кричали, отгоняли саранчу до тех пор, пока она не скрывалась где-то вдали.

Контрасты были повсюду, во всем.

Пловучие рыбные базары на Кутуме - речке, пересекающей город на две с лишним версты, зеленая набережная Канала, тянущегося параллельно Кутуму, вдоль центра города, - и пыльные, грязные, немощенные улицы, на которых появлялись верблюды и даже табуны степных коней.

Здания местного "высшего света" находились по соседству с караван-сараями, русские церкви по соседству с армянским собором, татарскими мечетями. Каменные особняки купцов-рыбников, судовладельцев, склады с устрашающими замками, - и бесчисленные лачуги, глиняные "мазанки"-землянки, в которых ютился голодный, оборванный рабочий люд...

Рыба, нефть, соль, восточные товары, приносившие огромные доходы их владельцам, - и разноязычные толпы бедствующих грузчиков, сезонников... Прекрасный сад "Аркадия", любимое место увеселений купцов, театр, - и сотни трактиров для "простонародия", базарные балаганы, в которых за доступную плату показывали "черного человека".

Тарас Шевченко, бывший несколько дней в Астрахани в 1857 году, проездом из ссылки, которую он отбывал в Ново-Петровском укреплении на полуострове Мангышлак, в дневнике писал о городе многонациональном, нищем и грязном. Такой Астрахань оставалась и в восьмидесятых годах.

Пестрота населения Астрахани была поразительна. В этом отношении Астрахань нельзя было сравнить ни с одним губернским городом России. Здесь жили русские, украинцы, татары, армяне, персы, калмыки, туркмены, ссыльные поляки, англичане, французы, немцы, шведы... Город имел свыше семидесяти тысяч жителей.

Но обширный Астраханский край, равный крупному европейскому государству, оставался одним из малонаселенных: в губернии насчитывалось менее восьмисот тысяч человек. Из них свыше трехсот тысяч человек вели кочевой образ жизни.

В центре Астрахани, на высоком бугре, широко размахнулись белокирпичные стены с угловыми сторожевыми башнями, бойницами, амбразурами. Это крепость-кремль, памятник глубокой старины.

Кремль в Астрахани возвели по повелению Ивана Грозного. Сооружение было закончено в 1589 году. С тех пор в течение столетий кремль являлся главной крепостью на юго-востоке России ("Полуденной России", как в старину называли эту окраину страны) и служил для охраны торговых путей от набегов кочевников.

Это одна из лучших крепостей своего времени. Строили ее присланные из Москвы каменных дел мастера по плану строителя крепостей Федора Коня. Образцом для них был московский Кремль, - даже крепостные ворота назвали по-московски: Спасские, Никольские.

Стены крепости сложены из квадратного кирпича, из кирпича с зеленым поливом, взятым из развалин столицы Золотой Орды и "старой Астрахани" (что когда-то находилась на правом берегу Волги).

Позднее, в 1700-1710 годах, в крепости построили Успенский собор. С возвышенностей он виден за тридцать и более верст.

Кто бы ни побывал в Астрахани, всех изумляло это сооружение: несмотря на свою монументальность, пятиглавый собор, казалось, с удивительной легкостью плыл в голубоватой дымке, а купола касались облаков.

Тарас Шевченко назвал собор главным украшением города, назвал "щеголем", который "красуется в кружевах перед всем городом".

Шевченко спросил у соборного ключаря:

- Кто был архитектором этого колоссального и прекрасного собора?

Ему ответили:

- Простой русский мужичок.

Строителем и архитектором собора был крепостной мастер, талантливый самородок Дорофей Минеевич Мякишев.

Напротив крепостных стен располагался старинный, возникший два столетия назад Русский гостиный двор. То было большое, массивное белокаменное здание с высокими колоннами, со входами в виде арок. Здесь продавались изделия российских фабрик, одежда и обувь. Киргизы, казахи, калмыки, хивинцы, туркмены стекались сюда за фабричными изделиями.

Невдалеке, также против крепости, высился известный в городе дом - "Общественное собрание"; так назывался клуб городской знати - купечества, дворян, чиновников.

От крепостных стен начиналась главная улица города - Московская или Екатерининская (ныне Советская). Здесь был центр торговли и казенных "присутственных мест". От дома губернатора тянулись персидские караван-сараи - большие двухэтажные каменные здания с дворами и складами, купеческие дома с черепичными крышами, бесчисленные магазины и лавки- Центр города был похож на восточный базар, где продавалось все: сушеные фрукты и оружие с украшениями, подделанными "под золото", редкостные ковры, цветная обувь и изделия кочевников - кошмы и чаканки...*

* (Чаканки - дыновки из чакана (рогоза).)

Центр Астрахани будто отгораживали прорезавшие город-остров речушки - Кутум и Канал. По набережной Кутума в каменных бело-желтых домах, со стенами толщиной )в метр и фундаментом из крупных темно-бурых камней - дикарника, с верандами, выходящими во дворы, селились купцы; отсюда им было близко до пристаней. По набережной Канала располагалась армянская слобода-

Астрахань 1880-х годов. Гостиный двор
Астрахань 1880-х годов. Гостиный двор

У возвышенной части города, от подошвы кремлевского бугра к Волге, тянулась "Коса" - намытая рекой и разросшаяся песчаная отмель.

Было время, когда Волга протекала почти у самых стен кремля. На узкой береговой полоске у Никольских ворот находились пристань для морских судов, товарные склады. В 1722 году, когда в Астрахань прибыл флот Петра Первого, Петр подъехал прямо к пристани у крепостных ворот.

"Коса", появившаяся позднее здесь, с каждым годом обрастала обильными наносами. К началу XIX века между крепостью и Волгой образовалась обширная мель. Новый район города очень скоро застроился, стал оживленным, торговым. Здесь ценился каждый клочок земли. Близость Волги с пристанями, суда из портов Каспия, казенные весы для взвешивания товаров на площади, склады, биржа привлекали массы людей.

На "Косе" находились конторы фирм, торговых обществ, нотариусов и маклеров, гостиницы и магазины, мучные и соляные лабазы. Тут было множество харчевен, шашлычных, кабаков. В полуподвальных помещениях жили булочники и портные, ювелиры и живописцы, крендельщики, квасники, ремесленники всякого состояния; коммерсанты здесь заключали сделки, "обделывали" свои дела; здесь купеческие подрядчики спаивали и нанимали рабочих "на поденку", пришлых людей с верховьев Волги - на рыбные промысла и морокой лов; рыбаки съезжались сюда закупать ловецкое снаряжение; грузчики-крючники (в Астрахани они составляли целое сословие) толпами спешили на пристани. Тысячи бездомных, бесприютных людей располагались на берегу, под открытым небом, где их заставала ночь. Особенно шумное людское скопище по всему берегу бывало весной, когда начинались рыбная путина и навигация: "Коса" становилась постоялым двором сезонников.

У самой "Косы" на Волге круглый год находились рыбные садки; зимой отсюда по льду отправлялись транспорты с рыбой в Царицын.

"Коса" определяла жизненный пульс города; здесь особенно разительны были контрасты: нищета и богатство.

И здесь, как нигде в другом месте Астрахани, были сосредоточены силы "блюстителей порядка": полиция высматривала, выискивала среди приезжих "подозрительных", беспаспортных...

От центра города к окраинам тянулись сбивчивые улицы с небольшими деревянными и глиняными домами. Улицы назывались: Глухая, Грязная, Узенькая, Свалочная, а переулки Староссыльный, Собачий, Свиной...

Странными, дикими представляются ныне эти названия! Город, бывший по величине двенадцатым в империи, оставался крайне неблагоустроенным. Культурные учреждения, школы в нем были столь редки, и доступ в них открывался столь немногим, что появление каких-либо "душеспасительных чтений для народа" являлось целым событием.

За Кутумом рос новый городской район - Селенье, где обосновались бондари, грузчики, рабочие лесных пристаней. И совсем вдалеке, выше Астрахани, у волжского протока Болды, тянулись ряды неказистых кустарных мастерских, кузниц, снаряжавших рыбную флотилию. А на другом краю города, по (побережью Волги, такие же мастерские и кузницы работали на флотилию "нефтяных королей", на "Восточное общество товарных складов".

На полсотни верст Астрахань была опоясана защитными земляными валами высотою до семи футов. В особенно опасных местах валы тянулись в два и даже в три ряда.

В половодье, когда к устью Волги собирались паводковые воды с огромнейшего бассейна, город переживал тревожные дни. Широкое устье Волги в это время становилось похоже на море: берега исчезали, воды разливались на десятки верст. Окраинная часть города - Селенье, лесные пристани находились под вечной угрозой затопления...

Только валы спасали Астрахань.

На дальних окраинах средь садов, виноградников и пустырей располагались слободы - Безродная, Теребиловка, Солдатская... То были медвежьи углы города. Слобода "Безродная" возникла еще при Екатерине II. Сюда "для удобнейшего надзора" и для работы в казенных виноградных садах поселяли тех, кого считали "бродягами": людей пришлых, - бежавших от помещиков, людей, закончивших свои поиски вольной жизни в самом конце Волги.

Город, яркий и красивый с Волги, с парусами, садами и виноградниками, по благоустройству, культуре, благосостоянию народа был одним из самых отсталых во всей России.

Путешественнику и новому здешнему жителю отчетливо рисовалось внутреннее убожество этого богатого торгового города и его хозяев.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://n-g-chernyshevsky.ru/ "N-G-Chernyshevsky.ru: Николай Гаврилович Чернышевский"