БИБЛИОТЕКА
ПРОИЗВЕДЕНИЯ
ССЫЛКИ
КАРТА САЙТА
О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

52. Перевод письма № 4, писанный рукою И. Д. Путилина

(Опубликовано Н. А. Алексеевым ("Процесс", стр. 131-135). Подлинник: ЦГАОР, ф. 109, ед. хр. 230, ч. 176, литера "А", лл. 10-15.)

Любезный друг, приняв вторую степень посвящения, ты имеешь теперь право несколько ближе познакомиться с нашими революционными силами и их составом.

Ты уже знаешь, что оппозиция правительству приняла в последнее время такие размеры, что из лагеря "недовольных" образовалось целое status in statu*. Было бы это беспрепятственное возрастание наших сил следствием беспечности правительства, слишком ослепленного ложной идеей о своей нерушимости; было ли оно следствием незнания наших сил; или, наконец, презрения к ним, решить я не берусь, а предоставляю тебе самому заняться когда-нибудь на досуге решением этой странной - в высшей степени странной загадки. Теперь мы поговорим с тобою о свойствах нашей оппозиции.

* (Государство в государстве (лат.).)

Силы наши различного свойства. Я считаю необходимым, показать тебе их общую связь и объяснить себе состав их настолько подробно, насколько мне позволит это степень твоего посвящения. Я надеюсь, что тогда тебе будут понятны и* настоящий характер, и результаты нашего действия.

Во-первых, есть у нас партия, которая сохраняет еще иллюзии на способность нашего правительства "усовершиться". Члены этой партии серьезно верят в обещания правительства; не ожидая ничего доброго от настоящего государя, они все еще рассчитывают на его династию. Партия эта исключительно состоит из либералов среднего сословия и представителем своим y нас, в М., считается.., человека в высшей степени честного, симпатичного и красноречивого. Его поддерживают...*

* (Далее черновик писал Ал. Костомаров.)

Другая партия, почти такая же сильная, хотя и меньшая числом по положению своих представителей, может назваться партией высшего сословия. Проникнутая английскими началами, она формулировала свое учение в такое правило: "государь царствует в государстве, но не управляет им". Не скажу главою, а скорее центром этой партии у нас считается Катков* (ты увидишь, узнав в свое время его фамилию, как ловко умеют люди этой партии носить маски верноподданнической преданности) самые влиятельные члены...

* (В тексте фамилия вставлена рукой Потапова. Примечание Путилина: "Как с этим лицом, так и со многими другими, обозначенными точками, я познакомлю тебя в свое время".)

Впрочем, надо тебе сказать, что партия эта не успела да и не могла приобрести много приверженцев в массе,- она, так сказать, штаб генералов и офицеров без солдат. Влияние этой партии держится только на личном достоинстве ее членов.

Радикальная партия имеет самое большое число представителей в нашем комитете. Опора ее в стране - огромная симпатия масс. Эта партия имеет обширную связь в средних слоях общества и ведет деятельную переписку с членами Л... комитета. Она находится в постоянных и тесных сношениях с солдатами, мастеровыми, ремесленниками, крестьянами, негоциантами, чиновниками, духовенством и проч.,- и, основательно изучив их интересы и потребности, их страдания и надежды, она знает все, что есть великого, благородного и инстинктивно-гениального в сердце народа. А это знание - такая сила, перед которой ничтожны и пули, и штыки тупого насилия. Наконец, своими связями, принципами, своим неутомимым возбуждением к борьбе за право всех униженных, всех оскорбленных, всех поруганных и обманутых, своим неотступным апостольством, своим безбоязненным и твердым заявлением широко-либеральных стремлений и той горячей деятельностью, которая бывает плодом только сильных убеждений,- всем этим радикальная партия соединила под свое знамя огромные массы приверженцев.

Преданные и горячие поборники дела, исполненные презрения ко всякой коварной тактике, отчасти суровые и мрачные, но откровенные энтузиасты - они призывают я а битву с невыносимым деспотизмом всех людей с оскорбленным сердцем, напоминая им их забытые интересы, их попранные права, возбуждая их раздражительные страсти, разжигая всю ненависть, все отчаяние демократии, у которой всюду поперек дороги легли гниющие трупы привилегированных сословий.

К несчастию, хотя партия и эта разделилась на два лагеря, оба они хотели одного и то<го> же - республики и демократического правления, но каждый из них стремится к осуществлению своих целей различными путями. Одни, полные убеждения в его правоте, надеются (или, лучше сказать, надеялись) достигнуть своих стремлений посредством общественного сознания, которое, по их мнению, должно же восторжествовать. Самым лучшим, надежным и неотразимым средством к достижению успеха они считают неутомимую пропаганду посредством слова и тайной прессы. Вооруженное (восстание не находит сочувствия в этой части республиканской партии, хотя теперь они и согласились."а него, как на зло, хотя и великое, но неизбежное. Другие, более нетерпеливые, провозглашают, что против бесправия могут иногда быть употреблены меры и не совсем правые; что правительство, действующее насилием,- насилием должно быть и свергнуто ("обнажившие меч мечом и погибнут"); самоуправление есть единственное законное*, правительство, стало быть, для достижения его законны и все-средства, каковы бы они ни были: бунт, заговор, тайные убийства и т. д. В оправдание этого мнения, что силою навязывать, народу новые принципы правления есть ошибка и преступление, они говорят, что народ, находясь в постоянном неведении своих прав, не может заявить сам своих требований, что в таком случае не только позволительно, но даже должно навязать ему отнятую у него насилием и обманом свободу.

* (В тексте чернилами написано: "законов", карандашом исправлено на "законное".)

Впрочем, несогласия эти никогда не доводили нас до ссор и антагонизма. Скрепленные одинаковостию чувств, одинаковостию стремлений, мы легко подчиняемся большинству в выборе средств для достижения общей цели. Одна какая-либо партия никогда не могла бы создать такой громадной оппозиции одними своими силами; да если бы революция и явилась делом одной партии, она непременно бы погибла от противодействия остальных соединившихся между собой партий*.

* (Примечание Путилина: "В непродолжительном времени доставлю тебе блестящую речь "о необходимости примирения партии и о действии вообще", сказанную Р-м в собрании".)

Теперь, познакомив тебя в общих чертах с направлением и составом наших сил, <сообщу> и некоторые подробности касательно наших учреждений.

Наперекор всем парламентарным законам, законодательная власть нашего союза находится в руках постоянного института, имеющего вид правильно организованного министерства,- и, наоборот, властью исполнительной облечены центральные комитеты делегатов, составляющие, так сказать, венец всей массы наших сил. Организация этой могущественной силы очень проста.

В каждом из округов есть комитет, который посылает своего депутата в центральный комитет. Посредством этих депутатов-представителей центральный комитет сообщает деятельность окружным комитетам, а те, в свою очередь, передают это-движение своим избирателям. Центральный комитет, разумеется, неусыпно заботится о том, чтобы во всех частях союза возбудить одинаковую жажду деятельности. Долго успех в этом деле казался более чем сомнительным, но в настоящее время различные элементы слились уже в общую массу и достаточно приготовлены к тому, чтобы действовать общими силами. Теперь влияние центральных комитетов значительно усилилось, и авторитет их принят везде и безусловно. Ниоткуда не встречается ни возражения, ни сопротивления, ни равнодушия.

Я знаю, что ты, мой неисправимый скептик, не очень веришь в могущество нашей оппозиции. Ну, вот теперь пришло время подставлять известные величины в .знакомые тебе формулы, сам удостоверишься в непреложном значении той исторической истины, что все правительства от долгого царствования поражаются слепотою. Мы слишком привыкли возиться с мелочами, проглядели все глаза па пустяки,- и когда пришла действительная опасность, мы ее не видим. Наша service de surete* весь век свой ловила одних ершей, и если на ее удочки не попадаются пудовые осетры, она остается в совершенной уверенности, что осетров не существует и вовсе. Правительство уверено в армии, но кому неизвестно, что правительство держится уж никак не самовеличием внутренней силы. Армия всегда и везде была одною из самых сильных внешних опор деспотического правительства; но при каких условиях? Пока ее задаривали и покупали, как солдаты-императоры римские; пока ее держали в узде, как солдат-император Н<иколай>; пока ее "водили к победам", как солдат-император Наполеон. Про нашего мы не можем сказать ни того, ни другого, ни третьего. А между тем он еще уверен, что "армия, подобно жене Цезаря, не может быть даже заподозрена". Сильно он ошибается. Если армия, по привычке, и была до сих пор верна дисциплине,- зато она далеко не воодушевлена; мы убеждены, имеющимся у нас сведениям**, что она не очень усердно будет сражаться против людей, восставших во имя права,- сражаться за людей, которые так слабо держали в руках своих то знамя, которое они обязаны были покрывать славой. Но для ограниченных умов доверчивость доступнее бдительности.

* (Сыскное отделение (фр.).)

** (Вставлено карандашом: "по имеющимся у нас сведениям".)

Степень твоего посвящения не позволяет мне сказать тебе ничего более. Если интересы нашего дела точно близки тебе,- постарайся, чтобы срок твоего искуса окончился как можно скорее. Иначе действие начнется, и на твою долю выпадет одна только жалкая роль постороннего зрителя. Я не стану тебе в сотый раз повторять того, когда наступит срок твоего искуса: ясно само собою, что ты должен будешь что-нибудь сделать для общества прежде, чем оно решится облечь тебя полною своею доверенностью. Чем скорее это случится, тем бесконечно лучше для всех, интересующихся успехом нашего предприятия.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://n-g-chernyshevsky.ru/ "N-G-Chernyshevsky.ru: Николай Гаврилович Чернышевский"